› К сожалению, мы закрыты.

> › 20/03. Первая неделя прошла, пришло время новостей и объявления первых активистов! Бежим и расхватываем горячие новости пока это еще не сделали за вас!

› Стартовал первый ,челлендж! Участвуйте и получайте призы!

› 08/03 Мы открылись! Поздравляем всех нас с этим прекрасным днем и дарим упрощенный прием всем и каждому!. Пользуясь случаем, также поздравляем наших прекрасных леди с праздником равенства полов и единоразового мытья посуды. Завтра мы снова будем получать на 15% меньше, а сегодня - танцуют все!

Dreamcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dreamcross » внутрифандомные эпизоды » Trying not to love you


Trying not to love you

Сообщений 1 страница 14 из 14

1


Trying not to love you

https://pp.userapi.com/c840131/v840131407/7fd9a/OonalPCyrgI.jpg

участники:
Steve Harrington, Billy Hargrove

время и место:
1985 год, январь, Хокинс

сюжет:
Разговор не может быть окончен, когда не ясны все переменные. Билли обещал Макс не лезть к ее друзьям, но никто не мешает ему просто "поговорить" со Стивом Харрингтоном, и потребовать ответов о том, какого хрена происходило в доме Байерсов.

+2

2

За карими скрываются рассветы
И знойно мне становится сейчас.
Но сколько б между нами не было
Закат всегда встречает н а с

Ладно. Хрен с ней, этой Макс, нарочно хлопнувшей дверью дабы показать всему миру, что она ушла тусоваться с местными чудиками. Ну как всему миру… Сейчас в четырех стенах находился только Билли и не без труда ему удавалось ничего не крикнуть в след рыжей засранки, имеющей теперь иммунитет после некоторых событий, до сих покрытых пеленой таинственности и серьезных черных пятен в голове Харгров. Проще говоря – у него отсутствовало всякое понимание того, что происходило тогда в доме Байерсов и чем больше проходило времени, тем ярче становились вопросы жаждавшие быть озвученными. Как-то так.

Именно поэтому он крутился возле зеркала, наматывая кудри испачканными пальцами в геле для укладки. Потом мазался одеколоном, обильно так, чтоб если вдруг и если не его природное очарование возьмет верх, то модный запах взбудоражит любому голову [аромат правда был охеренным]. Еще не забыл расстегнуть рубаху, дабы все вокруг могли лицезреть кусочек его четкого тела и подвеску со Святой. Нет, он не особо верующий, но бабы ведутся, думают, что он глубокомысленный/одухотворенный чем-то, даже не подозревая, что это лишь святая_память которую он попросту не снимает ради веры в нее.

- Тсц, - и широко улыбается, одобряя в зеркале идеального двойника, только лишенного живости и природной охуенности которой богат "создатель" зеркального отголоска. Билли дразнит самого себя, кончиком языка проводя по зубам и показывая язык. Глаза блестят огоньком присуще каждому охотнику который поймает долгожданную дичь, но в мире человеческом скорее трахнет кого-нибудь, но нет. Никого трахать не придется, хотя и Билли подготовился к возможности цыпануть_цыпу после того как поймает Харрингтона в какой-нибудь подворотне и устроит допрос. И остается загадкой, а для кого он так старается-то? Для этих лохушек или же для единственного интересующего его мужика во всем Хокинсе, да потому что тот единственный кто не ведется на его задиристость. Да и вроде король, только бывший.

Впрочем, все неважно, когда твой аппетитный зад обернут в моднявые джинсы и женщины облизывают тебя глазами, стоило только после дома заглянуть в ближайший магазин и купить пачку сигарет. Кстати там была миссис Уиллер, улыбалась, приглашала в гости. Билли сразу ее остудил, сказав, что ему нравятся девушки моложе. Грубо, зато правда, в отличие от того спектакля, что он устроил в их доме во время поисков Максин по городу. Билли еще как-то по-садистски улыбнулся ей, от чего ей стало только хуже.

- Харрингтон! – рявкнул Харгров, обнаружив Стива в трех кварталах от того злосчастного магазинчика. Именно рявкнул, потому что напоминание об внезапной эмоциональности обнаружившейся в доме Байерсов у экс-кинга, ударила молоточками по вискам. Такими холодными, но внутри обжигающими. А ведь Билли просто ехал туда, где жила семья Стиви, а тут на тебе... Как на блюдечке с голубой каёмочкой, да-да.  – Мы с тобой не закончили одно дельце. Стой! – повелительный тон, конечно же, не поможет, но, черта-с два он сейчас возьмет и уедет, не дождавшись хотя бы намека на ярость. – Блять, - Харгров заезжает на тротуар, тормозя прямо перед Харрингтоном. Тяжелые времена требуются тяжелые меры, а без ответов Харгров уходить не собирался.

- Я все-таки не закончил тогда, малыш Стиви, - нет, он хотел сказать нечто другое, но в кровь опять просачивается бесполезная ярость, от которой толку будет мало. Билли было много времени чтобы подумать об этом, после того фиаско с Макс, и чуть ли не заняться самоанализом. Он даже книжку какую-то почитал, а потом сообразил, что если знания/беседы не помогают, можно пускать в ход кулаки. Отличный вывод, чувак. – Давай постоим, поговорим, - Билли осмотрелся вокруг, с игривой улыбкой запятнанной ехидством. Люди грузились повседневностью вокруг, а хозяев дома, на чей двор, слегка заехал Билли, благо, не было. – Поговорим как два взрослых мужика, у которых есть одно важное дело и им срочно надо его закончить. Обычно в таком случае приглашают в бар, хлебнуть пивка, - Харгров проводит языком по губам, они чертовски пересохли: то ли от воспоминаний, то ли еще от чего. – Но нам и тут неплохо. Ну так что, на добровольной основе разберемся или придется уламывать тебя?

Билли нетерпеливо смотрит на Стива, а в башке крутятся целые планеты и сейчас друг с другом столкнуться в попытках выстроить устройство галактики так, чтобы всем жителям/инопланетянам было удобно. Пока что ни хрена неудобно и это бесит: ведь Билли проворачивает все сказанное в голове, а потом в конце видит мордаху Стива и понимает, что сплоховал. Если Харрингтон побежит – придется бежать за ним, но это навряд ли. "Ведь в прошлый раз он-таки вмазал мне, может и на этот?", - Билли хмурится. – "Блять, какого хрена? Я не за этим пришел!" Несомненно – желание узнать правду гораздо важнее, чем внутренние вулканы эмоций, что способны извергаться в самое неожиданное и неподходящее время. Вот мог бы он их контролировать… Тогда больше не проваливался в ад, каждый раз пропадая в объятиях бешенства. А ведь Харрингтон умеет натягивать струны, вот умеет, даже когда молчит. Серьезно.

Отредактировано Billy Hargrove (2018-03-14 21:17:32)

+1

3

Родители уехали по делам отца в другой город, оставив Стива с деньгами, но без какой-либо жратвы. Поэтому осознав, что в доме нет ничего на ближайшую неделю, кроме хлопьев в виде звездочек, он решил отправиться в ближайший магазин. Нет, готовил Стив также, как писал эссе по английскому - плохо, но полуфабрикаты были его неплохим выбором, позволяющим не умереть с голоду до возвращения предков.
Купив парочку пачек замороженных наггетсов, картошку-фри, несколько батончиков с нугой (для Дастина), он загрузил все в рюкзак и отправился обратно. Идти до дома было не так далеко, поэтому он решил не гонять машину, а прогуляться. Стив понял это, когда осознал, как кто-то на всю улицу орет его фамилию. Ему даже оборачиваться не нужно было, чтобы понять - Харгров.
Что ему, блять, от меня надо? - пронеслось в голове у парня. Он попытался сохранить самообладание и совершенно равнодушное выражение лица. Билли бесил его с их самой первой встречи на баскетбольной площадки.
Непонятно почему, но он помнил свое первое впечатление, когда увидел этого... человека. Нэнси проверяла его сочинение для колледжа, которое оказалось полным дерьмом. Он злился, осознавая свои "перспективы", а точнее их отсутствие, но после попробовал переключиться, решая, что остаться в Хокинсе с Нэнси, отвести ее на выпускной, предложить пожениться, вполне неплохой способ дальше развить свою жизнь и тут....
Here I am, rock you like a hurricane
Here I am, rock you like a hurricane

А ведь до появления Харгроува в старшей школе Хокинса, Стив очень любил эту песню. Он помнит поцелуй Нэнси, но вместо того, чтобы ответить, как-то поговорить на эту тему, они вместе одновременно переключаются на подъезжающую машину. Если бы Стив знал, что это будет началом конца. И дело было не в том, что Билли взял и легко увел его "корону", дело в том, что после появления Харгроува все полетело куда-то вниз.
Мы с тобой не закончили одно дельце. Стой! - Стив не реагирует, продолжая идти дальше. Может быть, если он сделает вид, что не заметил истошно орущего на всю улица Харгроува, тот от него отвалит, но нет...
Этот мудак едва не сбивает его, останавливаясь прямо перед ним и тем самым закрывая машиной проезд и пути отступления. Стив слегка поджимает губы, останавливаясь и скрещивая руки на груди.
Он выслушивает речь Билли и задает всего лишь один вопрос, полностью отражающий всего его мысли:
- Что? Ты о чем? - Харрингтон искренне не понимает, что парню от него понадобилось. Хочет продолжить ту разборку в доме Байерсов? Ну так место неподходящее выбрал, потому что вокруг достаточно много народу. Поговорить? О чем?
- Даже представить не мог, что у нас с тобой могут быть незаконченные дела, - продолжает Стив, делая ударение голосом на последние слова. Он выглядит достаточно спокойным, но внутри все напряжено. Билли умудряется вызвать внутри него массу эмоций, основной из которых на данный момент является усталое раздражение, потому что Харгроуву всегда удается выбить Стива из привычного спокойного состояния. И даже не словами, попытками подколоть или задеть, а своим видом. Кто вообще так одевается в начале дня? Он что - после собрался на свиданку? И перед этим решил заехать и "поговорить", коль вот так подфартило встретить Стива на улице.
- Одеколон хороший, - почему-то невольно отмечает про себя Харрингтон, не понимая почему эта абсурдная для ситуации мысль, появилась именно сейчас. Билли явно выглядит, как человек готовый снова набить ему лицо, а он рассуждает о том, что у того хороший одеколон.... С ума сойти можно.

+1

4

Ну ладно. Допустим, Билли ожидал, что принцесса не сразу согласится выпрыгнуть из своей башни в объятия своего… Кхм, точнее, он предвидел, как Стив отнекивается от порыва Харгров в жажде поболтать по душам. Серьезно, впервые в жизни парень выехал в мир маленького городка с вполне нормальной целью в отличие от всяких королевских тусовок, где ему вип-местечко заказано. Там и напитков до фига и местные давалки охотно будут воспевать о нереальности местного величества. Но, сейчас, именно сейчас, Билли Харгров нарочно сдерживается, держит себя в руках…

Даже когда Стив врубает дурачка, якобы не расслышав его, Харгров проявляет высокий уровень скилла самоконтроля [практически не испытывает ничего дурного]. Серьезно, как на его желание поговорить, можно было ответить аж двумя вопросами? Какой ответ, такая и реакция. В дополнение мозг рисует первую их встречу на вечеринке Тины, и Билли все-таки ухмыляется: - Черт, Харрингтон, у тебя опять тот же вид как в нашу первую встречу, - какая-то капля ностальгии пробежалась мурашками по спине. А ведь тогда, на вечеринки, их впервые представили друг-другу, мол, смотри Стиви - перед тобой истинный король, сложи лапки и молчи. Так этот гад и молчал, а потом как самый лучший из ползучих слинял, когда глаза Харгров прожигали в нем дыри. Но прожечь не успели, оставляя неудовлетворенным настолько, что внутри Билли что-то зациклилось и он просто не способен перестать задевать Харрингтона в любое время дня и ночи. Может и думать не может перестать, но все слишком сложно.

Прежде чем снова заговорить, Билли проскальзывает пальцами в кудрявые волосы, но передумывает их взлохмачивать. Это настолько глупо выглядело, это секундное торможение, что парень не нашел ничего лучше как следом полезть за сигаретой и сжечь очередную порцию никотина: - Брось, Стиви, - вдыхает дым, глубоко очень, будто это поможет ему строить предложения и разговаривать с этим типом, - не валяй дурака. Ты наверняка думал о том, что когда-нибудь придет время, и я захочу узнать, что творилось в доме того придурка. Не делай вид, что даже ни на мгновение не думал об этом, - его сильно подзуживало желание снова начать травить парня, в настоящее время такого плавного, что хотелось прописать щелбана или  еще чего, только бы вывернуть все эмоции наизнанку. Но ни к чему не придерешься, только если (?).

- Какого хрена тебя начали прикрывать малолетние гавнюки, на чьих губах еще мамкино молоко не обсохло? - Билли раздражается, потому что хотел сказать явно не это. Но непокорность штилю в море и жажда оказаться на взрыве берут всякое мирное разрешение ситуации и засовывают его в анналы неопознанного. Приходиться еще раз сделать длинный затяг, а потом уменьшить расстояние между ним и Харрингтоном на один шаг, заканчивая звучным выдохом дыма из легких, в лицо соперника. Расслабился, окей. Курение, а потом дым – как отпущение грехов, ей богу. – Я разочарован Стиви, - хочется сказать "тобой", но необъяснимый блок внутри, под замочек цепями перекрученный, не позволяет. Харгров нервно колотит носком обуви по земле, а потом скидывает вниз окурок и накрывает ногой. "И что с того?", - задает он себе вопрос, а тем временем смотрит в карие глаза Стива и понимает, что слишком противоречив с самим собой. Да, ему хотелось бы побольше огонька от экс-короля старшей школы, о котором ходит столько похвалы и слухов. Он жаждал выброса энергии, которая сейчас в недостатке витала вокруг всего образа Стива Харрингтона. Билли жаждал соперничества и нарушения внутреннего цикла, что бесконечно накручивал самые разные эмоции, и из этого кольца вихря никак не было возможным выцепить что-то одно, конкретное.

Ему правда принесет удовольствие еще раз отколошматить Харрингтона? Ничто не сравнится с первым разом, когда костяшки пальцев врезались в челюсть соперника, а горло разрывалось от яростных криков подобно тем, с которыми древние войны устремлялись в бой. Тогда они были не в себе, ведомые жаждой уничтожения/убийства и как цунами из живых тел способны были снести все на своем пути. Так и Билли, но это чувство было какое-то одноразовое, да и его вывели на то поле боя, которое ничего хорошего в итоге ему не принесло. Но стоило на мгновение вспомнить то время, когда он вернулся домой позже Макс, тщетно ковыляя по улицам Хокинса домой, как сразу кровь начинала закипать сильнее. Было больно, очень, но об этом никто не знал, только если слышала Макс как отец отчитывает сына.

Нет. Билли любил надрать задницу всему, что движется. Пускай даже эта задница ничего ему не сделала, кроме как изрыгала слова и предложения, заводящие парня настолько, что он готов был голову потерять. Начистить харю выскочкам – милое дело, а мечущим в лидеры – еще милее. Но все эти виды на создание боевых ран/травм растворялись когда перед ним стоял Харрингтон. Он не задирался, не метил в лидеры, не пиздел как многие другие симпатичные мордашки до него. Вот стоит себе, не хочет с ним идти, а ты хрен знаешь, что со всем этим делать. – Ладно, Харрингтон, давай просто поговорим. Хорошо? Это просто беседа, ничего более. Без кровопролитий, без мордобоя, без…. Издевок и оскорблений, я даже постараюсь не называть твоих маленьких гавнюков - гавнюками, - старательно смазывал углы Билли, уворачиваясь от скользкой дорожки по которой свалится в очередную неприятную историю. А ему, в конце концов, нужна информация, за которой он и пришел. Для этого стоит постараться и не быть полным мудаком.

+1

5

Черт, Харрингтон, у тебя опять тот же вид как в нашу первую встречу, - Стив не может сдержаться, чтобы не вскинуть брови в немом вопросе. В их первую встречу? А он оказывается ее помнит? Харрингтон невольно пытается осознать, какие куски воспоминаний остались у него тогда. Память осознано старалась оставить от того вечера, как можно меньше, потому что даже спустя такое время вспоминать об этом было болезненно. И Билли был в этом случае совершенно не при чем. Он едва ли запомнил его тогда. Просто какой-то полуголый, измазанный в пиве парень, который пытается что-то ему сказать... Стив даже не мог вспомнить, что именно тот говорил. Он больше обратил внимание на Томми, который крутился рядом с Билли - это было более болезненно и противно, потому что подобного поведения от некогда лучшего друга Стив не ожидал, но не ему судить Томми, который явно любил людей сильнее него, способных, если что - прикрыть его задницу. Харрингтон понимает, что... за всеми событиями образ Билли просто стерся, как что-то незначительное на тот момент, поэтому он лишь сильнее обхватывает себя руками за локти и пожимает плечами. Мол, и что?

Вот только Билли видимо придерживается другого мнения. Стив ловит себя на мысли, что отмечает этот незаконченный жест, когда он хотел провести руками по волосам и понимает, что тоже едва сдерживается, чтобы так не сделать. Как и Билли, ему мешает это сделать прическа, которую едва ли хочется рушить из-за минутных нервов и эмоций.
Брось, Стиви... - Харрингтон невольно поджимает губы, потому что его имя явно не должно звучать, как "Стиви"у того человека, который чудом его не убил в доме у Байерсов. И это единственный момент, о чем он думал тогда, стоило ему прийти в себя.
Его маленькая сестра вела машину, а вокруг сидели эти мелкие говнюки и Харрингтон лишь молился и паниковал, надеясь, что они не разобьются раньше, чем он станет совершеннолетним. Поэтому... Не очень хотелось разочаровывать Билли, но да - он совершенно не думал о нем в тот момент. Он думал о том, как выжить и сделать так, чтобы выжили молокососы, потому что иначе он не мог. Валяющийся в отключки Харгроув, волновал его в последнюю очередь во всем этом аду.

- Какого хрена тебя начали прикрывать малолетние гавнюки, на чьих губах еще мамкино молоко не обсохло? - на секунду он чувствует, что внутри все просто протестует от этой фразы, от желания ответить Харгроуву пару колкостей. Прикрывают? Он не охренел? Это он, блять, все это время прикрывал их, а не наоборот. И если Макс, которая живет с Билли давно уже, знает, как его остановить, то флаг ей в руки. Или он надеялся, что Стив будет в состоянии драться, когда тот разбил о его голову тарелку? Харгроув, вообще нормальный? Он уже собирается ответить, но в этот момент Билли делает шаг к нему и внутри у Стива почему-то все замирает, как перед каким-то ударом. Он так и не произносит тех слов, что хотел, вместо этого сдерживая кашель, который рвется от дыма.
Я разочарован Стиви.
Что? - только и произносит Харрингтон, явно пытаясь осознать все абсурдность ситуации. Он, блять, что? Разочарован? Кем? ИМ?
И что с того? - так и хочется произнести ему, но он почему-то молчит, переваривая сказанное. И опять это глупое "Стиви", которое явно не подходит к ситуации, потому что совершенно не вяжется с ней. Он совсем с ума сошел? А как он думал, Харрингтон себя поведет? Приедет разбираться после всего, что было? Стив выдыхает и устало трет глаза. Примерно такое же выражение лица у него появляется, когда он пытается объяснить Дастину какую-то элементарную вещь.
Снова собирается сказать, что не собирается разговаривать с Билли, когда тот своими словами окончательно выбивает землю из-под ног у Стива. Он моментально вскидывает брови, удивленно и даже слегка ошарашенно смотрит на Билли. И почему-то понимает, интуитивно скорее, чем осознанно, что последние реплики дались Харгроуву с большим трудом, поэтому Харрингтон отвечает мягко и абсолютно доброжелательно, словно перед ним не стоит человек, который раздражает его 24 часа в сутки.
- Билли, поверь, даже, если бы я хотел сказать - я не могу, - пытается искренне объяснить Стив. И ловит себя на мысли, что дело даже не в запрете силовых структур, и не в лаборатории, а в том, что он... пытается защитить Харгроува от того знания, что полностью перевернет его жизнь, как когда-то случилось с его. - Тебе не надо этого знать. Парни вместе с твоей сестрой пытались помощь в одном деле Хопперу, и все, - он разводит руками. - Ничего сверхъестественного. Обычная помощь. Хоппер помогал матери Уилла, поэтому они и тусили в доме у Байерсов, - Стив старается сделать все, чтобы его история была максимально приближена к реальности, за исключением упоминаний о демопсах и демогоргене. - И когда ты пришел, чтобы забрать Макс, они решали следует ли слушаться приказа Хоппера оставаться в доме или нет, и лучше отправиться помогать ему.

+1

6

Это какое-то издевательство, в очередной раз слышать вопрос, да еще какой – самый любимый: что? С первого дня их знакомства и всех эпизодов встреч впоследствии, в любой беседе [хотя нормальными их разговоры не назовешь] не было ни одного раза, чтобы Харрингтон не переспрашивал что-либо, когда ему сообщают вполне легкую информацию для усвоения. По началу это страшно бесило, но чем дальше в лес… Тем Харгров все больше смягчался, желая просто покататься по полу на баскетбольной площадке, где парни снова бы схлестнулись в игровой_драке. Но только, в последнее время, ажиотаж внутри на это поиссяк, даже странно, уступая власть мании развести Стива на эмоции. А потом и это практически ушло, после мордобоя, и вот, он стоит здесь, сейчас, снова вытягивает сигарету из пачки только бы под-успокоить свои нервишки, перекручивающиеся невидимой проволокой спасающей от срыва. Это так он сдерживает путаницу в башке/в душе - что же именно он хочет.

Но Билли не охота объяснять/распинаться, он итак сболтнул лишнего, не способствующего получить нужную информацию. Он негромко шмыгает носом и под ним проводит большим пальцам. Потом запихивает сигарету в рот и языком сбивает ее в правый угол, приподнимает подбородок и смотрит на Харрингтона сверху-вниз. Пристально наблюдает за тем, как он трет свои глаза, внимательно слушает как вздыхает. Привык он издали глядеть на этого придурка, чтобы раскинуть своими мозгами и прикинуть в какой момент будет лучше всего напомнить сопернику о том, что тот не одинок в этой жизни. "Не одинок в этой жизни", - Билли был готов поклясться, что если бы не Стив Харрингтон, то он вряд ли бы сам выжил в этой чертовой клоаке, которую они по батиному приказу сменили с жаркой Калифорнии.

- Ты меня принимаешь за идиота? – зрачки опасно сузились, а уголек на пару секунд стал ярко-ярко-красным. Никотиновое лекарство не помогает, а, похоже, только подталкивает Харгров к привычной пропасти. Он даже чересчур сильно сжал пальцами фильтр и тот почти сплющился. 

Билли оценил всю душевную тираду Харрингтона, даже всплакнул бы от таких смышлёных активистов решивших угодить шерифу города. Ведь Хоппер шериф? Билли не был уверен, что правильно все узнал, но разбираться не было желания. Да и что уж там, ответ был под-стать всяким фильмам, крутящимся по ящику, где заученная фраза главного героя могла разбавить любопытство любого человека. Но не в этот раз. Харгров помнит, как очухался совсем один, а вокруг висело куча рисунков с какими-то туннелями. Башка тогда болела, перед глазами все качалось как на корабле, но он помнил как шатался в стенах дома Байерсов по началу даже не найдя выход. Вокруг был сплошной хаос, и если бы Харгров принимал наркотики он бы скинул все на сильный отходняк или ломку, или что там у них.

- И что же за дело было у них с Хоппером? – снова очередная сигарета закончилась, а окурок полетел за спину Стиви. Настроение было подпорчено штатным ответом, нисколько не разбавляя туман того вечера. Но вместо того, чтобы закипать дальше он зловеще смеется, особенно тому, как тепло звучало "забрать Макс". – О да, именно забрать Макс, как самый любящий брат на свете. Нет, - Билли резко сменяется в лице, сжимает кулаки и давит-давит в себе так скоро подкатывающий ком гнева внутри. Херово становится снова касаться той темы, но ничего не остается другого: в этом рассказе практически НИЧЕГО не сходится. – Давай по порядку. Я пришел забрать Макс, но сам Стив Харрингтон решил встретить меня перед дверью! И как он решил меня встретить, у-у-у, - Билли делает шаг, оставляя между собой и Стивом  чуть больше половины шага. Харгров начинает не справляться с собой. – Солгал мне, глядя прямо в лицо, - Билли еле-еле сдерживается, чтобы не начать пальцем тыкать в его грудь. Мол гляди, Стиви: ты строишь из себя такого дружелюбного, хорошего и смелого мальчишку, а в натуре самый настоящий лгун. А Билли Харгров ненавидел, когда ему лгут.

И черт подери, Стив Харрингтон, правда, был таким светлым, отчего Билли Харгров злился еще больше. Удивительно как он был королем, и удивительно то,  как Билли размышлял о Харрингтоне: если тот был бы похожим на него – то вся школьная жизнь была куда скучнее, а вся страсть продемонстрировать короля прайда иссякла бы. Король был бы свержен и сломан, а Харрингтон не ломается, а продолжает быть таким же, пускай корону свою потерял. Наверное потому что Стив – настоящий. Настоящих же не сломать, верно? Из-за этого, сейчас, стоят так близко к Стиву, ощущая это плавно уходящее дружелюбие и светлость, с которой он лгал [и все же Билли поверил в это Харрингтонское настроение], ему становилось только хуже. "Продолжай говорить так, как ты говорил сейчас Харрингтон. Или я точно тебя ударю", - ведь Билли привык, что все вокруг отрицательные персонаж и если начнешь с ними говорить, не жди никогда дружелюбия. А тут на тебе - диковинка, от которой внутри даже приятно.

- Расскажи мне, что за туннели висели на стенах в доме Байерсов по всему дому? На части из них висели наименования мест в городе. Я ради интереса смотрел карту, когда сообразил что это не просто бред больного художника, - а еще в какой-то момент Билли осознал, что его скорее интересует в какую заваруху ввязался Харрингтон, раз пропускал школу и куда это заведет Макс, которая все же считается его семьей. - Но самый главный вопрос: что, блять, за шериф который пользуется помощью детей и какого черта, в таком большом количестве? – чем дольше они стояли, тем больше вопросов, незапланированных, подсаживалось на остановочку соображалки в голове Билли. – Стиви, рассказывай. Я не люблю, когда мне лгут, и я обещал, что… - голос захрипел, выдавая нервоз током по телу гуляющий. – Что вы делали дальше? После того когда я отключился? Какого черта Макс убежала, а моя машина на утро оказалась в таком виде, как будто вы разъезжали по полям?! - Харгров сообразительный малый, догадался, что Макс угнала его тачку, ведь Стив не был в состоянии вести. Он прекрасно помнит как пытался убить, потеряв контроль. Но не убил же? Только со временем поняв - это к лучшему.

+1

7

Стив совершенно не реагирует на то, как Билли на него смотрит, потому что это его не задевает. Ну хочет Харгроув показать, что он потрясающе крутой и дальше что? Харрингтону даже на момент хочется зевнуть от этого, поэтому он спокойно смотрит в глаза Билли, не отводя их, будто.. провоцируя.
- Ты меня принимаешь за идиота? - Стив явно не идиот и не самоубийца, чтобы так считать. Можно принять Билли  за кого угодно, но только не за идиота. Будь тот таким, все было бы гораздо проще, но, к сожалению, подобное счастье Харрингтону не светит. Он готовится к какому-то отражению удара, потому что чувствует, что Билли злится. Весь этот разговор напоминает Стиву хождение по краю пропасти, шаг влево и он полетит вниз, разбившись насмерть.
На доли секунд, когда Билли задает фразу про "дело", выбрасывая окурок, Стиву кажется, что ему удалось убедить парня в том, что он говорит. Харрингтон внутренне ликует, надеясь, что ему удастся быстро закончить этот разговор и забыть о нем, как о страшном сне. Вот только слова о Макс почему-то вызывают у Билли слишком сильную гамму эмоций, такую, что Стив не может на нее не среагировать. Он чувствует - что-то не так... Совершенно не так. Но едва ли может понять, что именно. Он вспоминает совершенно испуганный взгляд Максин и ее фразу - "он убьет нас". Девочки в ее возрасте не говорят такие вещи всерьез, бледнея на глазах.
Стив не может не ответить на эту реплику, он почему-то... реагирует на нее. Что значит солгал? А что он должен был сделать?!
Он пытается сдержаться, даже кивает на все остальные фразы Билли, пытаясь параллельно проанализировать то, что слышит. Немудрено, что Билли увидел все эти картины, которые были на стенах у Байерсов и запомнил их. Такое едва ли можно забыть.
Харрингтон чувствует, как сам билли заводится, продолжая свой допрос. Стив поджимает губы, едва заметно хмурясь. Он. не. собирается. ничего. рассказывать. Хватит уже, что Нэнси вместе с Джонатаном поиграли в героев, рассказав об официальной версии, которая случилась с Барб. Он не собирается ввязывать в это еще кого-то, потому что знает какого это, когда весь твой привычный мир летит в одну сплошную задницу Демогоргена. Когда вместо привычных проблем: как понравится новенькой девчонке, сдать тест по алгебре или как получить приглашение на крутую вечеринку, ты начинаешь думать, как отвлечь стаю чудовищ от автобуса, в котором сидят дети. Как нужно ударить, чтобы сломать этой недопсине хребет и как сделать так, чтобы они не утащили кого-то из мелких гавнюков? Когда мигающий свет становится для тебя не показателем низкого тока, а сигналом о приближении кого-то с той стороны. Стив не собирался желать подобной участи Билли. Если Макс посчитает нужным - она сама обо всем расскажет, вот только... Едва ли у нее с братом такие отношения, чтобы делиться подобными вещами. На секунду в голове мелькает шальная мысль. Билли искренне пытается сдержаться, чтобы не сорваться на конфликт, особенно, когда речь идет о Максин, а значит...
- Ты себя видел со стороны в тот момент? - спрашивает Стив, скрещивая сильнее руки на груди.  - Когда подогнал машину к дому Байерсов? - он усмехается, качая головой. - Да Макс боится тебя до полусмерти! - искренне произносит Харрингтон. Ему нужно найти какую-то болезненную точку Билли, чтобы ударить по ней, чтобы переключить его с разговора на действия. После драки будет сложно выяснять что-то и уж тем более у Стива будет полное право послать его куда подальше. - У вас в семье нормально, что твоя сестра боится тебя до дрожжи? - когда-то Стив получил свой "титул" не за красивые глаза. Он сознательно провоцирует Билли, совмещая это с совершенно искренними словами, потому что та ситуация действительно удивила его бесконечно. Не будь Макс такой напуганной, он бы и не подумал тогда врать Билли. - Или у вас между всеми такие отношения? - он действует совершенно наугад, произнося то, что задело бы его самого, на что он сам не смог бы спокойно среагировать. - Ты также боишься своего отца, как Макс тебя?

+1

8

Нил Харгров. Человек, у которого тормозов нет, и вряд ли кто-то ошибется, если скажет, что сын похож на отца. Похож, особенно в те минуты, когда пальцами сжимает несчастные руки Макс, в желании чтобы ее тупая рыжая башка работала так, как Билли необходимо. Он всего-то просил послушания и никакой лжи, чтобы в очередной раз отец не вмазал ему. Такое нечасто бывает, но имеет место быть за особо тяжелые косяки Макс. Два простых правила – слушаться и не лгать, нарушались с завидной стабильностью. И тогда в доме Байерсов все загорелось огнем внутри из-за нарушений, огнем таким, что башка отключалась и врубалась только в моменты, когда Харрингтон ударял кулаком ему по лицу. Жаль, что лишь пару раз, потому что Билли-таки окончательно потерялся и очухался только позже, с отрывками в голове.

И сейчас Харрингтон очень опасно прошелся по лезвию. Такое ощущение, что в ушах скользнул этот металлический и мерзкий звон, еще пару секунд отзываясь в мозгу. Видел ли он себя со стороны? Дурацкий вопрос, потому что Харгров всегда видит себя со стороны, заранее наделяя свой образ силой внешней и внутренней. Но, конечно, Стив имел ввиду совсем другое, продолжая говорить и не давая Билли слова вставить. Ему остается смотреть, наблюдать как уверенность и внезапная красноречивость начинают наполнять оппонента. Это даже интересно.

Вот  Стив усмехается, а потом говорит о Макс. Нет, это не интересно. Билли не хочется говорить о ней и даже думать, но приходиться из-за этого внезапно слишком болтливого мудака, так скоро одну перегородочку внутри терпения Харгров сбивая. Максин отдельная тема для размышлений. Именно размышлений, потому что говорить о ней ни с кем не хотелось, да и не с кем. Какого узнать, что она боится сводного брата до полусмерти? Дерьмовое чувство, которое Харгров отрицал из-за похожести с отцом, когда наступал очередной момент отчитывать ее за проступки. А тормозов у него никогда не было… И сестре порою было очень больно, а Билли в такие моменты торжествовал ощущая себя одновременно очень мерзко, но зато глушил остальные мысли. Интересно, а так ли чувствует себя отец когда начинает "воспитывать" сына? Самый худший страх быть таким как Нил, увы, сопровождал его почти весь сознательный путь.

А Стиви продолжает: говорит и говорит, пока не затыкается.

- Ты понял меня?
   
- Да, Сэр.
   
- Я не расслышал, - шипел мужчина, сжимая лицо ребенка своими пальцами. 
   
- ДА, СЭР!
   
Мальчишка еще совсем маленький, а уже внутри разрастались ветви ярости всегда в тупик приводящие. Но уже тогда он присматривался, разбирался в себе и понял, что этот тупик исчезает за дверьми дома, где никто не держит его в не разрушаемых тисках, способных выбить саму душу – от ужаса при виде такого отца, что в редких случаях поднимает руку на сына. Нет, Нил не рукоприкладствовал как многие горе_отцы по сто раз на дню – но делал кое что гораздо хуже – не уважал, не любил, не гордился. Этого достаточно, чтобы мальчуган видел мир в цветах блеклых и добавлял цвета в него самоутверждением или хулиганством. А дети они же ничего не понимают, и вскоре Билли добавил еще один факт, почему отец плохо относится к нему: ненавидит. Но только почему?


Картинки из прошлого перед глазами стоят, а в реальности Билли восседает на Харрингтоне яростно выбивая всю злобу и ненависть, что с каждым глухим ударом по лицу Стива становится только ощутимей, но никак не исчезает. Харгров безумен и орет/кричит, чтобы тот не лез в его жизнь и что он ничего не знает. Стиви все-таки завалился на самую острую часть лезвия, пустив кровь и за долю секунды разъярив и без того уже разъяренного зверя. А зверь сразу же превратился в монстра, желающего только боль причинять и ничего больше, монстра, который больше всего на свете не хочет быть им, но просто не умеет по другому.

Все могло бы закончиться плохо, ведь рук даже перестал чувствовать Харгров в желании чего-то доказать/добиться, отдаваясь в сладкую бессознательность сложенную из обид, страхов, ярости. Кто-то начинает его тянут от Харрингтона и на секунду возвращает его в реальность, опять. За это мгновение Билли успевает разглядеть кровавые подтеки, алую мазню по всему лицу, начинающие синеть участки лица и быстро заплывающий глаз. И ему хочется еще прикоснуться к этой кровищи, но его начинают оттягивать назад не давая продолжить. Что-то орет, но не разбирает, а только видит перед глазами не Стива, а отца своего. Моргает и снова Харрингтон.

Кому-то удается оттянуть Билли, и парень быстро вспоминает, как ему выстрелили в грудь с ядовитым порохом и яд по всему телу моментально распространился. Как он скалился, схватился за грудки, проорал что-то нечленораздельное, а потом не сдержался и ударил Стива. Получил в ответ, привлекая сразу внимание чье-то. Но слова слишком ядовитые, очень, что Харгров просто дал волю и выпал в этот непрекращающийся цикл: отец-макс-отец-макс. А потом он снова мальчишка, который просто хотел, чтобы им гордился собственный отец. Но вот снова открывает дверь в большой мир и тает на фоне калифорнийского солнца, начиная свой больной путь.

- Я предупреждал тебя, Харрингтон, предупреждал! – еще пытается вырваться из чьих-то рук Билли, ощущая как по подбородку кровь стекает, а правая скула ссаднит и голова болит. Сознание начинало приходить в норму, снова перекрашивая мир в реальность, в котором Стив Харрингтон опять получил пиздюлей, и на этот раз очень заслуженно.

+1

9

Стиву казалось, что он будет готов к этой драке, потому что он осознанно на нее пошел, выбирая меньшее из зол. Странная логика. Пытаться защитить от какой-то правды человека, который тебя искренне ненавидит и которого ты откровенно бесишь. Но он ничего не мог с собой поделать, как бы странно это не было - Билли был обычным подростком, не видевшим и не подозревающим, что есть какое-то говно за пределами его понимания. И лучше, чтобы Харгроув никогда об этом не узнал.
Харрингтон попытался блокировать Билли, сделать так, чтобы он не смог схватить его, но не успел. Билли тряхнул его, как тряпичную куклу. Стив едва ли может удержаться на ногах. Спустя секунду Билли добавляет еще и удар, видимо, чтобы его нечленораздельный бред, который Харрингтон не в состоянии понять, лучше дошел до него - вот только эффект явно обратный.
Стив чувствует, как скула начинает гореть. Он делает шаг назад, чтобы остаться стоять и с размаху отвечает Билли, ударяя того тоже по лицу. Он не может вот так позволить Харгроуву его избивать. Только с каким-то запозданием он понимает, что погорячился. Билли словно не видит его. У него точно такие же стеклянные глаза, как в тот день у Байерсов. Стив держится на ногах недолго.
- Билли прекрати! - кричит Стив, пытаясь хоть как-то успокоить Харгроува, но не получается абсолютно. - Остановись! - вот только едва ли Билли сейчас его слышит. Харрингтон понимает это с опозданием. Складывается ощущение, что он просто подписал себе смертный приговор. И все-таки отдельные фразы, а точнее общий смысл словно вколачивается в память с ударами. Что значит не лез? Он и не собирался! Вот только видимо Билли едва ли контролирует себя сейчас, понимая, что говорит.
Стив пытается защититься. Он понимает, что скинуть Билли с себя почти нереально, поэтому он просто выставляет руки вперед, надеясь, что это хотя бы немного защитит его от ударов по голове.

Видимо кто-то увидел их потасовку или просто мироздание посчитало, что ему рано умирать. Спустя минут десять Стив сквозь болезненную пелену слышит полицейские сигналы. Билли исчезает с него. Град ударов резко прекращается и Харрингтон понимает, что жив.
Кто-то пытается выяснить, может ли Стив подняться, придти в себя, рассуждая о том, что нужно вызвать скорую.
- Не надо... - едва слышно произносит Харрингтон. - Я в норме, - выдыхает он и слышит сдавленный смешок полицейского.
Ему помогают подняться, переносят его как-то в машину на заднее сиденье, а Билли видимо отправляют в другую, потому что он не видит его рядом с собой. Не сказать, то Стив не рад этому - он почему-то был уверен, что Билли бы продолжил его колошматить даже в машине копов. И все-таки... это безумно, но Харрингтон волнуется за него. Ведь, если посмотреть - это из-за него их накрыли копы, из-за его слов Харгроув так среагировал, а значит во многом именно он виноват, что они сейчас едут в полицейский участок...

Мысли путаются и Стив окончательно приходит в себя, когда офицер полиции трясет его за плечо, пытаясь помочь выбраться из машины и протягивая ледяной компресс, который Харрингтон с блаженством прикладывает к лицу. Это явно лучше, чем пластыри, которые как-то наклеивали ему мелкие. Он проходит в участок и садится на стул, невольно ловя себя на мысли, что пытается отыскать глазами Билли.

+1

10

[ебаный пиздец – когда ты ну уж совсем перегнул палку, которая и без того была почти_сломана]

Он потерял контроль. Это как вирус сидит в тебе до нужных условий и в итоге взрывается спорами: сворачивая кровь, перекрывая кислород, отключает мозг. Ты разбиваешь сосуд чужой души, разбивая стекло в хлам и почти завещаешь себя бесконечной несчастной жизни, но… Сколько подобного было в его жизни? Много. Начиная с начальной школы и заканчивая вот этим, когда выбиваешь дурь [жизнь] из человека, а сам еще и не понимаешь, как близко приблизил его к смерти.   Про таких говорят: "Ему бы мозги, что-нибудь путное получилось бы"; но они предвзятые ублюдки, которые ничего не понимают. Как насчет объективного присмотра за этим парнем? Вот-вот. Народ даже связываться с подобным не хочет.

Поэтому полицейские грубо обходятся с Билли, а жители ближайших домов смотрят с осуждением – ведь Билли мутузил бедного парня, пускай тот и отвечал. Осуждали как самого настоящего преступника и записали в наркомы, думая, что иных причин, как наркотики [и вообще Б. под кайфом (нет)], избивать за что-то человека никогда ни у кого не будет. Особенно многим запомнились бешенные и стеклянные глаза кудрявого подростка. После этого вовсе не стоило сомневаться – парень наркоман и бил ради денег/наживы/и пр.. Точно. Именно так и думали, да и Харгров так решил, уже сидя в машине и ощущая горячий металл у себя на запястьях. Ведь именно глаза собравшихся зевак, с порицанием, провожали его до самой машины, когда два копа заломали руки за спину и напялили свои железяки. Глядел на них всех как потерявшийся ребенок, только не такой несчастный – а озлобленный и испуганный, готовый дать отпор в любое мгновение если кто-то на него нападет. Сделай лишь шаг – и тебя постигнет участь того парня, который лежал на земле.

А еще Билли Харгров решил, что "похуй на все" и точно закопает Харрингтона и вообще ему нечего терять. Ведь что может утратить тот у кого и светлых воспоминаний о прошлом практически нет? И есть только худшие представления того, что будет дальше: копы, траты и отец. Первые два плевать, но последнее самое жуткое из всех зол. Оставалось только гадать, когда машина подъехала к полицейскому участку, через сколько времени настигнет Билли самое худшее проклятье в жизни. А пока он впивался глазами в фигуру Стива, вот-вот и скрывшийся за дверьми участка. Теперь его очередь:

- Шевелись парень, - открыл дверь коп номер один.

- Вот ты и натворил дел. Ты чуть его не убил. Ты понимаешь это? – задал вопрос второй коп, когда первый коп насильно вытянул Билли из машины. Парень наотрез отказывался быть хорошим мальчиком, игнорируя полицейских или смотря на них с усмешкой при любом слове.

- Черт, жаль Хоп сегодня решил взять выходной. А то он бы объяснил этому пацану, как правильно общаться с такими как мы.

Харгров лишь издевается своим молчанием, часто улыбается, демонстрируя как кровь из носа затекла в его рот, пачкая губы и зубы, – улыбка получается кровожадной и мерзкой на вид. Ему нравится, как реагируют полицейские, всем видом показывая какое неприкрытое отвращение они испытывают. Но во втором копе сквозит сочувствие, а Билли это только злит. Поэтому, когда его завели внутрь, сначала попытались втюхать помощь: стереть кровь, приложить лед, может еще что; но парень продолжал игнорировать всех вокруг и лишь Харрингтону он подготовил коротенькую речь, когда Билли проводили мимо: - Ты труп, Харрингтон.

В целях безопасности Билли усадили на три стула подальше от Стиви и приковали наручниками. Присматривать оставили темноволосую женщину, явно не желающую заниматься всем этим, поэтому она продолжила заполнять бумаги, сидя за своим столом в этом помещении. Даже когда ее предупредили о том, что полицейские взявшие Билли на месте драки вернуться очень скоро, она не среагировала.

- Херово выглядишь Харрингтон, - впивался взглядом в парня Харгров, снова заводясь по-новому. – И каковы ощущения снова на несколько шагов приблизится к состоянию фарша? – Билли проводит языком по губам, слизывает кровь и скалится. Сейчас ему снова хочется добраться до рожи этого типа, что так внезапно залез на те горы, которые ему даже рассматривать не стоит.

- Парень, лучше помолчи, - вдруг заговорила наблюдательница. Приподняла подбородок, опустила очки ниже, чтобы разглядеть двух ребят. Тяжело вздохнула, оценив всю ситуацию в силу своего опыта работы, и застыла усталым взглядом именно на Билли: – Ты в полном дерьме, поэтому, сынок, лучше помолчи иначе ситуация будет совсем неисправимой. Ваши родители скоро приедут, поэтому лучше придумайте, что им сказать об этом… - она неприязненно нахмурилась и замолчала, больше не желая разговаривать.

"Сынок", "ваши родители". Если честно, Билли уже за эти две фразы от этой женщины, готов убить Харрингтона. Ведь это именно его слова свернули Харгров башку и втянули во все это дерьмо. А эта баба сидит и умничает, снова распыляя внутри очередной пиздец. Харгров хочет сказать ей что-то колкое, неприятное, но молчит борясь с пониманием, что эта женщина глубоко ошибается: родителей толком не было, сынок из него никудышный, а ситуация УЖЕ неисправимая, а скорый приход отца только подтвердит это. Из-за этого Билли долго молчит и смотрит в одну точку, пока рука не затекает и он меняет немного свое положение, при котором ему приходится практически всегда пялиться на Стива.

"Ну и как? Стоило этого того?", - задается вопросами Билли, а произнести их вслух не может. С каждой секундой становится внутри только хуже: пропадает ярость, остывает кровь, горячесть сменяется холодом и капельками страха падающими на сердце от воспоминаний_гневных. Даже Харрингтону не хочется уже врезать, от реального понимания, что может случиться в полицейском участке на виду этого козла, этой тетки и еще парочки копов. Увидеть его таким, каким он бывает в моменты ссоры с отцом – это конечная точка в жизни Билли Харгров. Ведь второе огромное желание после того, как не быть похожим на отца, у него было – чтобы никто не знал этого человека, внутри сломанного и еще не починенного. И… Сколько ему осталось жить?

- Блять, - ругнулся он. – Харрингтон, какого хера ты просто не ответил на вопросы? Почему ты просто решил стать таким ублюдком и полезть не в свое дело?! – Билли старается говорить зло, скрывая свою боязнь от ближайшего будущего. Но только это все как-то плохо выходит и получается, будто Харгров сожалеет, когда это совсем не так.

+2

11

Билли появляется чуть позже в наручниках, словно какой-то преступник. И он не точно не может пройти мимо, не произнеся этого "Ты - труп".
И вместо того, чтобы испугаться или как-то еще правильно отреагировать, Стив осознает, что успокаивается слегка - с Харгоувом все в порядке. Насколько это вообще возможно в той ситуации, в которой они оказались. На Стива находит осознание того, что он сделал и это очень неприятно. Его руки не скованны наручниками, поэтому он перехватывает компресс другой рукой и слегка ерзает на стуле. Билли посадили далеко, вот только тот не отрываясь смотрит на него или просто в таком положении, что у него нет вариантов. Стив невольно чувствует подступающее к горлу раскаяние. Он не должен был этого делать и уж точно не Билли должен сейчас сидеть в наручниках, потому что откровенно говоря, именно Харгроув тут является жертвой, а не он. Правда, вряд ли кто-то об этом думает. Билли выглядит внешне более опасно, а значит защищать надо от него, а не его.
Стив слышит вопрос Билли и слегка усмехается, качая головой, словно показывая, он не будет отвечать на этот вопрос, потому что ощущения явно херовые, правда, не от избиения, почему-то от них Харрингтон отходит быстро, что в драке с Джонатаном, что в предыдущей драке с Билли, когда спустя минут 15-20 он уже готов был защищать мелких гавнюков от демопосов. Ему плохо от всей этой ситуации и от осознания того, что он хотел, как лучше, а получилось в разы хуже, чем обычно.

Когда женщина вместо него говорит о том, что их родители скоро приедут, Стив не выдерживает и едва заметно стонет, потому что знает - это не так. Родители не планировали возвращаться сегодня, поэтому они, если и приедут его забирать, то только поздно вечером. Есть вариант, что он попозже, через пару часов позвонит Хопперу и попросит отпустить его, может быть шериф сжалится над ним после всего, через что они прошли? Сидеть в участке до следующего утра у Стива не было никакого желания, а еще при упоминании родителей Харрингтону снова становится совестно за то, что он сделал - Билли явно не заслужил этого всего.

Слова этой женщины явно действуют на Харгроува магически - Стив понимает это, когда оказывается в тишине, когда не понимает, почему Билли не говорит больше ничего. Он кидает невольный взгляд на парня, который явно смотрит куда-то сквозь него, находясь однозначно не здесь. Интересно, если он опросит снять с Билли наручники - это будет воспринято этой женщиной плохо?
"Придумайте, что им сказать об этом..." - что тут можно придумать? Если смотреть по существу Харгроув накинулся на Стива и избил его, превратив лицо в очередной фарш и снова... сломав ему нос. Это становится какой-то гребанной традицией. А если смотреть глубже, отбросив стереотипы о том, что беснующийся и колошматящий кого-то подросток точно виноват, потому что выигрывал в схватке?

Его внимание снова привлекает Билли и Стив чувствует, что какой-то невидимый и непонятный липкий страх его отпускает где-то внутри, словно он боится не услышать какие-то подколки Харгроува. Но вопрос Билли заставляет Стива наоборот почувствовать себя еще хуже. Тот не злится... В голосе явно что-то другое, вот только Стив не может пока разобрать, что именно. Подобных интонаций он еще не слышал в голосе Харгроува.

- Потому что это не твое дело... - едва слышно произносит Стив. Видимо женщину не волнует, что они снова начали общаться. Не пытаются угрожать друг другу и хорошо, а остальное - не ее работа. - Я сказал все, что тебе нужно было знать... - Харрингтон чувствует, что это гребанное осознание собственной вины, разрастается с невероятной скоростью, потому что единственная причина, по которой они тут - это он сам и его слова, сознательное желание спровоцировать Билли, которое точно выйдет им боком. - Извини... - все-таки произносит он, выдыхая. Замечая краем глаза, как голова женщина едва заметно дергается и снова утыкается в бумаги. Нечасто жертва извиняется перед своим агрессором. - Я не думал, что все выйдет таким образом... - будто от его гребанных слов что-то может измениться. Стив хмурится и вздыхает, проводя рукой по волосам. - Я не думал, что нас заберут копы... - по правде сказать Харрингтон ни разу не был в полицейском участке, единственный раз, когда он мог туда угодить - из-за драки с Джонатаном, его спас Томми, просто утащивший его из рук полицейских. В этот раз никого рядом с ними не было, наверное, поэтому и попались. - Прости... - еще раз повторяет Стив, виновато глядя на Билли.

+1

12

Харгров откидывается на спинку стула, снова меняя положение из-за этих ебаных наручников. Пытается выглядеть как можно более безразличным, но в нем уже заметны метаморфозы на фоне бесконечной череды картинок перед глазами, способные свести с ума молодой подростковый мозг. Молодец, что в целом держится и не показывает виду, как охуенно его беспокоит предстоящая встреча с отцом. И тут не отвертишься, может, только если Сьюзен приедет, но это вряд ли. Первым делом позвонят Нилу, Билли в этом абсолютно уверен. Бонусом будет еще пропажа машины, о судьбе которой Билли только сейчас вспомнил и посчитал лучшей причиной для беспокойства, пока еще ничего не случилось. Пока ему еще не вломили – так правильней.

И пускай Харрингтон хоть язык искусает своими просьбами о прощении или что он там надумал говорить/делать. Билли с трудом разбирал его говор, представляя мир окончательно перевернувшимся и самое худшее все же было попасть в тюрьму, если бы он забил бы Стива до смерти. Серьезно. Харгров итак на самом дерьмовом счету, в не менее дерьмовой/поганой душе отца [но не точно], а с таким поворотом событий он окончательно растеряет шансы, чтобы папка гордился им. Смешно правда? Жаждать одобрения отца. Но так природа решила при создании Билли Харгров (и любого другого человека) и с этим сложно смириться просто так.

- Очередное доказательство, что ты кусок тупого дерьма Харрингтон, - на мгновение оживился парень, оценив Харрингтонское "я не думал".  Правда говорил вяло и практически без интереса, со слабой надменностью и издевкой. – Ты нихера не думаешь. Точно так же и не думал когда врал мне у дома Байерсов, а еще раньше не думал, когда играл со мной в баскетбол постоянно просирая мяч. И тогда на вечеринке не думал, что проигнорировать меня - дорогого стоит, - Билли высунул язык и пару раз провел им над губой, попытался приподнять руки, чтобы стереть запекшуюся кровь, но ничего не вышло. Он даже на секунду взглянул на ту самую бабу, которая сообщила "радостную" новость: авось протрет губки мальчику, но нет. Билли даже тряхнул головой, избавляясь от своих идей. Беспомощно опрокидываясь на спинку стула, он снова начал пялиться на Стиви: - Но это все неважно. Ты просто кусок дерьма, Харрингтон. Смирись, - закончил Билли, закладывая всю оставшуюся ненависть и недовольство этой жизнью, на всякий случай, чтобы Стиви был уверен – нечего извиняться, кусок дерьма никто слушать не будет.

Но Харгров все же был поражен. После второго раза, когда его кулаки мяли алое тесто на лице Харрингтона, тот все равно взял да и извинился перед ним. Как бы Билли не хотелось отрицать, но дважды "прости" не стало мимоходом, а превратилось в краткий момент-непонимания: такое, что ли бывает? Когда забиваешь чуть ли не до смерти, а перед тобой еще извиняются? // Диссонанс случился. Всегда обиженные/обозленные жертвы в будущем старались обходить дом, где он живет, а тут Стив Харрингтон ломает состоявшийся мир Билли Харгров и просит прощения. И ему даже хочется все же кое-что сказать, но выдает что-то крайне нелепое и тупое: - Ты кусок… дерьма, все равно, Харрингтон, - неуверенно, тормознуто, лишенное той страстной ненависти коими постоянно наполнены были речи Харгров в состоянии "мудака, который разобьет тебе лицо". В этот момент старается не смотреть на Стиви, прекрасно понимая как отстойно это звучало, но за ответ сойдет. Да потому что горделивый мальчишка, не знающий и не видящий никогда ничего подобного. Только если Сьюзен, но она вроде как "своя", семья и все такое, но часто относилась к нему с неприкрытой нежностью [как мама, да]. И это бесило одновременно: - ты не моя мать, - всегда думал он.

- Да, он здесь.

Пробил час, когда дамоклов меч пал на голову Харгров. И как пал: обжигающей тишиной, взглядом наполненным разочарованием [вроде не в новинку] и ненавистью даже. До этого Билли, на удивление всему миру, ни разу не попадал в полицейский участок, честолюбие не позволяло. Поэтому сомнения отсутствовали – раз попав, готовься лишиться жизни, а может чего и хуже. Ведь сдохнуть малое из зол. А Нил все продолжает пробивать взглядом, как кулаками, дыры в светлых глазах Билли. В такие моменты парень держится смело – смотрит хищнику/зверю в душу, потряхивает при этом самого слегка, но смотрит со всей смелостью, но только опять что-то подламывается внутри. И так каждый раз: кажется, что осмелел и выдержит, а на самом деле это лишь оболочка на опорах_крепких, а внутри вот-вот упадет жизнь на колени безысходности.

- Вы можете его забрать, - повторяет полицейский, а руки уже металл не обвивает. Вот она свобода, которая Харгров не нужна. Лучше посадите в тюрьму, серьезно.

Этот отцовский гипноз – больной, до одури. Билли даже не заметил, как его освободили и как он уже стоит перед своим отцом. Мир тормознул на этом кадре: отец - сжимающий кулаки и, с минуту-на-минуту, обязательно запускающий их в ход; сын – сплошное разочарование года, стоящий и глядящий в черноту глаз своего родителя, за которыми тлеет и вот-вот разожжётся бешенство. Даже шаг в сторону никто не сделал, усиливая напряжение во всем помещении где находились: они, полицейский, дама в очках и Харрингтон, о котором Билли напрочь забыл желая провалиться сквозь землю. И лишь Бог знает, о чем молчали оба родственника, но точно ни о чем хорошем кипя в котле взаимной ненависти.

Отредактировано Billy Hargrove (2018-03-20 02:40:31)

+1

13

Блять, и почему эта гребанная фраза Билли - "ты кусок тупого дерьма Харрингтон" внезапно задевает. Хочется вскочить и просто вмазать ему по его мерзкой физиономии, чтобы больше не вел себя как кусок такого же дерьма, но только Стив понимает насколько это глупо и идиотично.
Его поражает внезапная мысль - Билли имеет право злиться... - это открытие выбивает Харрингтона из колеи, потому что это странно, потому что он не привык, что кто-то через слова и действия показывает свои эмоции, чуть ли не кричит о них. В семье Стива эмоции особо не проявлялись, особенно негативные, оставаясь за великолепным фасадом образцовой семьи. А тут Билли не задумываясь просто ломает это, откровенно показывая, как он зол на Стива, пытаясь в очередной раз его задеть, теперь уже не действиями, а словами.
И Стив понимает, что Билли не думает так, потому что все сливается в одни большой комок. Харгроув приплеаает и драку у Байерсов, и баскетболл и даже их первую встречу - идиотизм да и только. Но человек всегда поступает странно, когда злится, когда эмоции захлестывают разум.
Хотя последние слова звучат уже как-то иначе... Стив хочет понять, что именно изменилось, хватается за какой-то морок перед собой, но так и не осознает ничего. Словно шифр едва изменившихся интонаций Билли слишком сложен пока для Стива и он едва ли может его разобрать без подсказки.

- Да, он здесь.

Стив никогда не видел родителей Билли и едва ли представлял, как те могут видеть, но стоящий суровый мужчина не вызывает почему-то внутри Харгроува никаких положительных чувств. Он неотрывно смотрит на Харгроува и Харрингтон в очередной раз проклинает свою идею задеть Билли и увести того от разговора. Даже Стив отводит в какой-то момент глаза в сторону, потому что выдержать этот взгляд едва ли возможно. Он пробирает до самых костей и Харрингтону становится неприятно. Он едва заметно ежится и переводит взгляд на Билли, который поднимается и делает несколько шагов вперед, при этом не отрывая взгляда от отца.

И Стив понимает интуитивно, как человек, знающий что происходит - отец не просто зол, он в ярости. В редкие моменты, когда отец Стива решал заняться его воспитанием и Харрингтон его разочаровывал, он видел нечто похожее... Но скорее только отголосок того, что сейчас он наблюдал в глазах мистера Харгроува.
Внезапно Харрингтон осознает, что ему не хватает... биты в руках. Против монстров всегда проще сражаться, держа ее в руках. Пару ударов по коленным чашечкам, подсечка и пару контрольных в голову - и монстр повержен или мощный удар со всей силы и ты впечатываешь демопсов в стекло старой машины. А что делать с чудовищами, которых так просто не убить, но которые... гораздо страшнее Демогоргена. Стив хочет что-то сказать, как-то вмешаться в этот немой разговор, вот только стоит ли? Не сделает ли это Билли еще хуже? При такой ситуации Стив с легкостью свалил всю вину на противоположную сторону, защищая себя, вот только... Сложно это сделать, как в наручниках был ты. Харрингтон на секунду прикрывает глаза, словно собираясь с мыслями. Казалось, что после встречи с монстрами и девочками, которые способны передвигать вещи силой мысли, ему должно быть уже ничего не страшно, но он все равно боится врываться в этот странный немой разговор. И все-таки...

Стив резко поднимается со стула и в несколько шагов оказывается около мужчины, чувствуя, как привычный холодок скользит по спине. Вот только обычно это происходило при встречи с монстрами.
This is crazy!This is crazy!This is crazy!This is crazy! - в голове пульсирует та же мысль, что при первой встрече с демогоргеном, вот только... Он не убежал тогда, вернулся, чтобы помощь Нэнси и Джонатану, не спасует и сейчас. Он сделает все, чтобы попытаться помочь Билли.

- Здравствуйте, мистер Харгроув, - Стив ловит себя на мысли, что голос звучит абсолютно спокойно, хоть и слегка отстранено. Так всегда бывало, когда он не хотел говорить с собеседником, словно делал ему одолжение. И Харрингтон ничего не мог поделать с этой манерой, сколько бы не хотел это исправить. - Я одноклассник Билли и хотел бы прояснить ситуацию, которая получилась тут... - он на секунду замолкает, пытаясь придумать подходящий и правдоподобный ответ. Отец Билли выглядит похожим на военного или человека служившего - выправка дает о себе знать, а значит какие-то вещи должны для него быть интуитивно понятны, например, защита чести и достоинства. - Билли не виноват в том, что мы оказались в участке. Это моя вина, - а дальше Стив спокойно и не моргнув глазом врет. Он научился это делать прекрасно еще в средней школе. Конечно, это безотказно действовало на преподавателей женского пола, но отточенный навык должен работать в любой ситуации. - Мы с Билли повздорили.. и в какой-то момент.. я оскорбил его семью... Назвал его сестру, мать и вас.. не очень хорошими словами... и Билли вступился, - Стив невольно проводит рукой по лицу, словно объясняя за что получил подобную "раскраску". - Я хотел бы извиниться перед вами и перед Билли, - Харрингтон поворачивается к парню и спокойно произносит. - Я не должен был так говорить о твоей семье, - и снова поворачивается к мистеру Харгроуву. - Еще раз прошу прощения, это было низко с моей стороны, - Стив словно представляет себе, как с каждой фразой делает замах. Раз - один демопес на траве, два - второй на машине, три - и третий впечатывается в автобус. - Рад был познакомиться мистер Харгуров, очень жаль, что при таких обстоятельствах, - и финальный удар - Стив протягивает мужчине руку для рукопожатия.

+1

14

Выйти из всего этого дерьма без единой царапины – не удастся. И прав тот, кто скажет, что корабль тонет с капитаном. Все верно, он тонет и вот-вот потонет. Но Харрингтон рядом, Билли чувствует его взгляд и как тот рассматривает его, да и отца, небось, в придачу рассматривает. Билли не хотел, чтобы бывший король видел как отцовский кулак проедется по лицу своего сына. Как минимум – это унизительно, а максимум – катастрофа вселенского масштаба: срочно остановите планету, я свалюсь в черную пустоту космоса и замерзну до смерти. Так лучше, правда. Но Билли продолжает немой бой глаза-в-глаза со свирепым папкой, пока краешком уха не цепляет звук подошвы накрывающей пол и вот – рядом чье-то неровно дыхание. Приходиться отвлечься от черноты, чтобы лицезреть фейс Харрингтона, зачем-то подошедшего к Билли и Нилу.

В этот момент Харгров хочет взять Стиви за загривок и выкинуть отсюда хоть куда-нибудь, только не видеть его лица навек. "Не сейчас, Харрингтон, не сейчас!", - раздражается парень, желая высказаться как можно мягче, чтобы одношкольник убрался отсюда, но тот успевает начать толкать какую-то пламенную речь. И Билли она не нравится, совсем не нравится. Настолько, что расслышав обращение к своему отцу, просто не может усвоить услышанное и вся жизнь падает куда-то вниз, под ноги и боязливо заливается в щелки плиточного пола и далее. "Блять, Харрингтон, какого хуя ты задумал?!", - Билли застыл, слушая Стива. Удивительно, но соперник держался вполне стойко и спокойно, втирая мистеру Харгров какую-то дичь.

Нил сам видать был шокирован, столкнувшись с вопиющей новостью, что в этот раз вся вина возложена на плечи другого человека, а не того, кого он готов был ударить через каких-то две-три минуты. Мальчишка со сломанным носом, красным лицом и видом как будто посетил ринг для профессионалов, выйдя проигравшим, продолжал вещать. На этот раз все до безобразия просто и связано с защитой чести всей семьи: школьник, что оскорбил всю чету Харгров и ко., был сильно избит собственным сыном, что было еще удивительней.

Харрингтон поворачивается к Билли, у которого, ей богу, нервный тик начнется от этой внезапной выходки. Стив извиняется, опять, а Харгров просто тупо не может ничего ответить, но слишком быстро начинает понимать – если все обойдется, то он будет должен Харрингтону. От одной только мысли уже появлялся знакомый нервоз, а от представления, что когда-нибудь Стиви придет за долгом хотелось добить его прямо сейчас. Херня какая-то и Билли тяжело вздыхает вместо ответа, это помогает собраться с мыслями и понять все происходящее: охуевший отец, Харрингтон который втер-таки [похоже да] какую-то дичь про оскорбление семьи и … неудавшаяся беседа о событиях в доме Байерсов перешедшая в драку.

Но самый смак, когда Нил ничего не отвечает, а только молчаливо протягивает и пожимает руку Стиву, так ловко обманувшего его. Тут Билли хотел взорваться на ровном месте, с какой-то ревностью застывая взглядом на отце. Тот смотрел на Харрингтона куда более с уважением, нежели на собственного сына. Харгров-младший знал все оттенки своего папаши и умел разбирать все контрасты от добра до злобы [чаще злобы, да]. Пожал ладонь Стива и кивнул, на этом все:

- Я жду тебя снаружи, - холодно произнес отец, не взглянув на сына и укалывая дозой безразличия. Билли сжал пальцы в кулаки, топя жажду вломить стене слева. На этот раз Стиви повезло [не он груша для битья], его не стоит трогать, да потому что он отмазал его и очень ловко, пускай только дома узнается, чем для Билли обернется вся эта история.  Харгров смотрел на Харрингтона со смесью неприязни и благодарности. С одной стороны он был действительно рад, что не сел в тюрьму или еще чего, а еще избавился от возможности быть униженным на глазах провокатора. С другой стороны теперь Билли обязан ему, и даже если это никто не озвучивал - данное правило природный закон.

Прежде чем уйти Билли захотелось добавить слов в копилку этого дня, но так чтобы его слова не разносились по помещению, а женщина неподалеку не слышала его. Слишком тяжело такому гордецу в принципе проявлять склонность к поощрению чужих [ХОРОШИХ] поступков и он почти вплотную приблизился к Харрингтону:

- Не имею представления, зачем тебе это было нужно, - негромко говорит Билли и напряженно смотрит в лицо Харрингтона. Оно так близко, что можно рассмотреть весь результат работы кулаков. Но еще разглядеть глаза карего оттенка, не тронутые ни кровью, ни случившейся бойней. И они какие-то ясные, не отрицательные, коих было в жизни Билли, после драк, предостаточно. – Настолько завраться, - Харгров не хочет пока вспоминать первопричины этой встречи, делая на первое время простую пометку "С. что-то скрывает". Это теперь не было важно, когда ты стал участником негласного договора в котором простое условие: услуга за услугу. Останется только гадать, каким образом захочет вернуть долг за эту отмазу Билли, и что захочет получить Стиви. – Харрингтон, признайся, ты мазохист? – Билли улыбается, но выглядит это неприятно, почти издевательски. В довесок он трижды, несильно, похлопал ладонью по больной щеке Стиви, скорее шутливо дразня парня болью, а не желая доставить ее настоящую. – Хреново выглядишь, Стиви. С сегодняшнего дня я не буду называть тебя больше куском дерьма. Радуйся, тебя повысили до незапятнанного человека, - Харгров напоследок ухмыляется, надеясь, что такие слова благодарности покатят [нельзя так просто взять и сразу начать нормально благодарить людей]. – Увидимся в школе, лечись.

На этот раз улыбается, вытягивая губы кончиками вверх. Теперь куда более приятное лицо, нежели то издевательское, что было недавно. Билли попробовал на секундочку не быть кретином и правда, выглядеть как тот самый парень, который благодарен другому за внезапное прикрытие. Правда от этого Билли чувствовал себя так, словно съел несвежую пиццу – внутри все перевернулось, а живот заболел. Только это образно, не по-настоящему, да и вообще внутренний мир перевернулся, когда он решил попробовать сделать как Харрингтон. Спокойно, без кулаков, с приятным выражением лица. Ведь таким был Стив? Ну да, порою, да. 

Прежде чем уйти, Билли кивнул и разорвал это мистическое, непонятное ощущение, похожее на то, как если бы ты вышел в холодную погоду на яркое и теплое солнце. Согревает. Поэтому Харгров сваливает поскорее от всего этого странного/непонятного, чтобы перенаправить мысли в другое русло реки_сознания. Но… Этот чертов долг, бесит.

+1


Вы здесь » Dreamcross » внутрифандомные эпизоды » Trying not to love you


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC